Моя жизнь через три года после лечения рака желудка

26 апреля 2018 — 3 года и 4 дня после гастроэктомии 

22 апреля я отпраздновала три года со дня операции. Тогда я распрощалась со своим желудком и находящейся в нем аденокарциномой. Эта запись о том, на что может быть похожа жизнь через три года после лечения рака желудка 3 стадии. Как всегда, я очень надеюсь, что наблюдения за собой, помогут не только мне самой, но и людям, которые недавно столкнулись с похожим диагнозом или уже начинают обживаться в новом теле, где нет желудка. А также тем, кто поддерживает больных раком желудка.

Текст будет длинным. По себе помню, что я вычитывала от первой до последней буквы дневники людей, перенесших гастроэктомию, в надежде узнать, что же там в будущем. А когда было уже нечего читать, я читала все заново в поисках упущенных деталей. Мне были интересны нюансы обыденной жизни: что они едят, как долго они едят, куда они ходят гулять, как они спят, что их радует. Из этих дневников я старалась составить хотя бы примерную карту собственного будущего. Мне очень помогло.

Итак, предыдущая запись была сделана очень давно (1 год и 10 месяцев назад). Люди даже стали писать мне на личную почту с вопросом жива ли я. Всем ответила в письмах. Я жива. Жива на 200%. Перестала писать потому, что уже привыкла к новой жизни, и мой безжелудочный быт перестал состоять из маленьких подвигов и преодолений. В общем, не было достойных сюжетов)))

Правда неделю назад у меня случилось одно гастрономическое достижение: я съела 2,5 пышки с сахарной пудрой! Это практически история победы над собой. Я очень боялась пышек. Если я представляла себе еду, которая может мне причинить много проблем, то это ПЫШКИ. Но вот недавно мы с сыном и племяшками зашли в пышечную на Конюшенной улице. Я намеревалась просто попить чаю и даже не смотреть в сторону пышек. Но дети ели так вкусно…  Я подумала: «в крайнем случае меня накроет демпингом и гипогликемическим приступом одновременно…но ведь не впервой…отсижусь на скамеечке…а ведь может и обойдется…». Я оооооочень медленно съела первую пышку (все остальные съели за это время 10), потом я также медленно съела вторую (все остальные съели еще по 10). а потом еще еще половинку. которая уже не поместилась в детей. И (тадам!) даже тяжести в животе не было. Не так они были страшны, эти пышки, как я себе представляла. Обычная сухая печенюха может причинить гораздо больше сложностей. В записи от 22 апреля 2016  надо было писать не про «последнюю пышку», а про «крайнюю», как говорят моряки и летчики.

Перехожу к делу.

Через три года после гастроэктомии…

Я могу есть практически все, но при трех условиях: есть медленно, жевать тщательно и не начинать с углеводов. Эти привычки спасают от демпингов и приступов реактивной гипогликемии (резкое падение сахара в крови). Начинать с белков или жиров мне посоветовал мой хирург (Ельцин С.С.) и это всегда работает. В качестве тизера напишу, что теперь я могу есть йогуртовые торты, пиццу, макароны, бутерброды с мясом или рыбой, запеканки, сырые фрукты и овощи. Подробнее читайте в списке в конце текста.

Я могу работать и находиться больше 6 часов без еды, не теряя энергии. Помню этот страх первых шести месяцев: уйти далеко от собственной кухни и остаться надолго без еды. На фоне астении мне было страшно потратить каждую калорию без возможности быстро восполнить ее едой.

Уже через 1,5 года, когда мои 8 килограмм вернулись ко мне, я смогла и уходить из дома надолго, и путешествовать, и ездить в командировки, и даже пару раз провести 8-часовые мероприятия на сцене без возможности отлучиться поесть.

Справедливости ради стоит сказать, что ежедневный 8-часовой рабочий день – это не самый удобный график, потому что бывают часы и дни тотального падения энергии, когда нужно просто прикинуться опоссумом и отлежаться.

Я могу есть в общепите. Даже в фастфуде могу кофе выпить. Я не рискну есть уличную еду, но обычное кафе, ресторан или столовая – совершенно нормально переносятся моим организмом. В первый год я была уверена, что двери кафе для меня теперь навсегда закрыты, ведь больше нет желудка, а без него нет и защиты организма от бактерий. Но за три года у меня не было ни одного отравления (ну или они прошли как-то незаметно для меня).

Я могу устоять перед многими вирусами. С апреля 2015 года я ни разу не болела ОРВИ и только 1 раз кишечным гриппом, тогда как мои близкие осенью и весной успевают несколько раз заболеть этими благородными Петербургскими заболеваниями. Причем, если болеет ребенок, то это именно я сражаюсь на передовой под открытым вирусным огнем: бегаю с тазиками, обтираю мутную физиономию «тошнящегося», меняю полотенца и даю лекарства. И вот: заразилась только один раз.

Я могу выдерживать физические нагрузки: таскать сумку с ноутбуком весь день, быть на ногах по 7-10 часов к ряду, подниматься на десятый этаж по лестнице без усталости, ходить на длинные расстояния, бегать за транспортом на каблуках и все прочее в этом духе. Кстати, по желанию сорваться побежать, чтобы успеть на автобус или троллейбус, я диагностирую хороший уровень энергии.

Я могу спать в любой позе.  Первые 6 месяцев после операции я спала сидя. В какой-то момент мне казалось, что мой копчик снова превращается в хвост, так он остро мною ощущался. После второй операции по реконстукции анастамоза желчь перестала иметь открытый выход в мой пищевод, и я теперь могу спать хоть вверх ногами. А также я могу нагибаться после еды, приседать и вообще свободно двигаться. Больше не надо «стоять столбиком».

Я могу жить и радоваться жизни. Ко мне вернулись все мои хобби и интересы, которые были до операции. Я по-прежнему хожу в музеи, кино и театры, езжу в путешествия, пою и танцую при желании, иногда снимаюсь в кино. Как и многие люди в похожей ситуации, я снова начала ценить те вещи, которые раньше считались чем-то  самим собой разумеющимся.  «Безнаказанно» съесть кусок торта, спать на животе, весь день быть бодрой и хорошо соображать, посмотреть закат – это же все просто праздник какой-то.  А еще я стала свидетелем того, как быстро вырос мой сын. У него вдруг в один момент отросли усы и сломался голос. Вот:  я – уже мама подростка, а когда начала лечение, была мамой маленького мальчика.

Побочные эффекты и синдромы через три года после гастроэктомии

Демпинг синдром

Сейчас он случается очень редко, как и обещал мне хирург. Первый год демпинг накрывал мой организм почти после каждого приема пищи, даже после двух ложек гречки с маслом. Он  был очень ярко выражен: сильно билось сердце, пробивал пот, поднималась температура, кружилась голова, охватывала слабость. Сейчас демпинг случается только тогда, когда я позволяю себе очень быстро съесть что-то большое и проявляется либо сонливостью, либо каким-то одним из прежних проявлений, например, только сердцебиением. Важно, что 90% демпингов я могу избежать, если не буду хулиганить.

Реактивная гипогликемия

На английском люди называют этот приступ эпично: «sugar crash» – крах сахара или сахарный обвал. Это резкое падение уровня сахара в крови, вызванное выбросом большого количества инсулина в ответ на очень быстрое поступление углеводов в организм. Ощущается очень противно. Сначала происходит внезапное падение настроения, раздражение, даже иногда злость. Все как-то эмоционально меркнет.  Потом появляется ощущение, похожее на захватывание духа, как на качелях, но только с негативным оттенком, как от страха. Затем слабость в коленях и локтях,  жар,  дрожь во всем организме, усталость, помутнение зрения и потом хоть падай на месте.  На этапе локтей лучше бы уже принять меры, так как в этот момент уровень сахара в крови может быть меньше 2, а это уже очень опасно. Сладкий чай, таблетка глюкозы, кусочек сахара помогут быстрее, чем конфетка или печенье.

Первый год я носила с собой Акучек и при таких состояниях измеряла уровень сахара. Но сейчас «я узнаю эту мелодию с первой ноты» и сразу съедаю пакетик сахара. Как и в случае с демпингом, 90% гипогликемических приступов я могу предугадать и избежать.

Непроходимость анастамоза

Застревание пищи в анастомозе было обычной историей в самом начале пути. Я помню, как не могла проглотить черничину, маленькую горошинку зерненого творога, одну «хлопьинку» овсянки. Чтобы справиться с вопросом, я делала бужирование и дилатацию для расширения отверстия в анастомозе и это очень помогло. (Кому интересно, делала это у прекрасного специалиста Щетинина Виктора Николаевича). Совсем недавно я поняла, что в сужении анастамоза в первые месяцы был свой смысл: меня не одолевали демпинги, потому что пища поступала в организм буквально по капелькам.

Сейчас эта проблема возникает очень редко. Иногда из-за какого-то небольшого кусочка возникает целый затор, а иногда даже недобросовестно прожёванная мандариновая долька пролетает незаметно.

Если пища застревает, то ощущение не из приятных: больно и трудно дышать и говорить. Надеяться, что глоток воды поможет ситуации, не стоит. И ждать, что на помощь придет гравитация и все провалится, тоже не стоит. Там в пищеводе происходит интересный процесс: кажется, что застрявший кусочек стимулирует выделение прозрачной и вязкой секреции, которая его обволакивает и еще больше заполняет объем пищевода. Короче, простите за мой французский, но надо не мучиться, а просто пойти и извлечь все это из себя. Тяжело описать как именно это сделать. Могу посоветовать получше наклониться, чтобы пищевод тоже был обратно наклонен в сторону «входа». Дальше организм сообразит.

Сбой в усвоении витаминов и микроэлементов

В первый год я делала исследование на витамины и микроэлементы в организме. Результаты показали ферментную недостаточность. Креон был мне в помощь! Даже вес стал быстрее набираться.

Через два года, как и предупреждал меня  химиотерапевт, закончился запас B12. Он был в несколько раз ниже нижней границы.  Ситуация легко исправилась месячным курсом уколов цианокобаламина в мягкое место в родной поликлинике.

Уровень железа до февраля 2018 не поднимался выше 97. Прием таблеток не исправил ситуацию и я сделала три капельницы под наблюдением гематолога. И ( вуаля) 107. Такого праздника на моей улицы еще не было. Организм при 107 гораздо лучше чувствует себя, чем при 97.

Желчные пары и рвота

Это мой кошмар первые 7 месяцев после операции. Желчь, как лава, поднималась в пищевод и все обжигала. Мне было больно пить даже воду. Спасла операция по реконструкции анастамоза, которую, как и гастроэктомию, сделал Сергей Станиславович Ельцин. После нее началась жизнь совсем другого качества. Сейчас, если я съем что-то очень желчегонное, я могу ощущать пары желчи. Это не приятно, но все-таки не ужас-ужас-ужас. В такие моменты я просто сижу в постели вертикально и пью воду. Проходит минут за 15. Так что смешная рекомендация в одной больничной выписке «спать с возвышенным концом» больше не актуальна.

 Ощущение «пробоины» в теле

Не сразу после операции, а где-то через 2 месяца, я стала испытывать ощущение «пробоины» в организме. Визуально снаружи человек без желудка выглядит абсолютно целым, но внутреннего ощущения целостности нет. В какие-то моменты первого года во время еды мое сознание даже визуализировало такую картинку: я проглатываю кусочек, а он проваливается в пропасть, в какую-то черную дыру.

Почти два в течение каждого дня было и тридцати минут без того, чтобы я мысленно не «нащупывала» то место, где был желудок. Я ощущала, что его нет.

Сейчас я не думаю об этом. Ощущение «пробоины» возникает очень редко в моменты какой-то физической слабости или стресса, но проходят очень быстро, особенно если переключаться на что-то очень хорошее.

До сих пор, те дни, когда я не вспоминаю о том, что у меня нет желудка — это самые счастливые дни.

Страх перед едой

Первые месяцы я боялась еды. Я боялась, что она причинит мне либо боль, либо усталость, либо вызовет извержение желчи. Однажды случилась даже паническая атака во время поедания обычного супа с овощами. Сейчас я ем спокойно, но бдительно))) Я всегда прикидываю, могу я это есть или нет, каковы могут быть последствия и пр. Но! Бывают такие подарки судьбы, когда в хорошей компании и в прекрасном настроении я просто ем и наслаждаюсь едой.

В общем, жизнь без желудка в моем случае мало чем отличается внешне от жизни обычного человека. Конечно. если вычеркнуть эти три года метаморфоз и представить, что сегодня прежняя Полина проснулась в этом новом теле, то она бы многому удивилась в течение дня. Но все-таки эта жизнь очень хороша. 

Но этот дневник не только о жизни без желудка, он еще и о жизни с диагнозом «рак». А в этом вопросе для меня история на сегодняшний день еще не совсем закончилась. Перед новым годом в декабре 2017 у меня был найден метастаз в правом яичнике – прощальный подарок от аденокарциномы желудка. Правый яичник был вырезан, а мне назначен повторный курс химиотерапии Xelox (Капецтабин + Оксалиплатин). На сегодня 5 курсов позади. Впереди последний.

Этот метастаз – классика развития рака желудка у женщин. О нем меня сразу после гастроэктомии предупреждал мой хирург. И в принципе я поймала его достаточно рано. Этот метастаз зовется Метастазом Крутенберга.

Могла ли я сама повлиять на его появление, простимулировать или наоборот предотвратить? Скорее всего нет. Факторы, располагающие к его появлению – это мой относительно молодой возраст и 3 стадия исходного рака. Какая-то клеточка-диверсант уплыла по лимфе или крови, осела и в благоприятный момент ожила. Что стало этим благоприятным моментом – скачек ли иммунитета, влияние какого-то канцерогена, кармические недоработки – я не знаю. Я рада тому, что природа подарила девочками два яичника, и мой левый пока держится молодцом. Вырезать его заранее я пока не собираюсь. Теперь каждые три месяца делаю МРТ малого таза и УЗИ. Возможно, после последнего курса химии сделаю ПЭТ-КТ.

Кстати, этот курс химии я переношу гораздо легче, чем прошлый. Без астенических синдромов. За 5 дней я прихожу в порядок и продолжаю жить нормальной жизнью. Это еще одно доказательство того, что организм без желудка может быть сильным.

В завершение этого трактата хочу сказать, что со дня операции и в течение первого года были моменты, когда я не рассчитывала на полноценную жизнь или даже на жизнь вообще. Тогда мне очень помогали мои врачи: хирург Ельцин Сергей Станиславович и химиотерапевт Рыков Иван Владимирович. Они всегда говорили мне какие из моих состояний являются временными и говорили так, что я верила.  Мне очень помогли дневники других людей и поддержка моих близких. Желаю каждому, кто столкнулся с этой болезнью, такой поддержки. И еще: я не жалею ни об одном дне прошедших трех лет. Все имело свой смысл. 

 


 

Меню через три года после гастроэктомии

  1. Белки и жиры. Рыба, мясо, яйца, сыр — с самого начала составляли основу диеты и никуда с тех пор не уходили. Но сейчас я ем их не в виде пюре или суфле, а в самых обычных агрегатных состояниях: фарш, филе, стейк и пр. Еще я могу есть рыбу слабой соли (а однажды натрескалась даже сига холодного копчения, правда с последствиями). Я могу есть шашлык, но в оооочень ограниченном количестве. Удивлюсь, как в людей влезает по 3-4 шампура. Даже смотреть страшно. Паштет из печени – любовь этих двух лет. Но, конечно же, самоприготовленный. И да, спасибо тому, кто придумал студень! 
  2. Овощи.  Отварные, печеные и сыре. Помидоры, огурцы, перец, всякие разные салаты, включая рукколу и даже немного красного лука. Греческий салат снова в сборе. А еще я могу грызть морковку.
  3. Кислая капуста. Да! Я могу ее есть, особенно в сочетании с картофельным пюре.
  4. Фрукты. Все. В сыром виде. Особенно радуюсь, что могу есть виноград, мандарины и апельсины. Я не делаю из фруктов никаких пюре и смузи, ем обычным кусательно-жевательным способом.
  5. Хлеб. Очень медленно я могу есть практических любой хлеб, не только зерновой. Галеты, сухарики, крекеры. Но не часто и не много. Примерно месяц назад я начала есть даже обычные «Столичный» и «Столовый». И, о чудо, я могу есть пиццу! Особенно на настоящем тонком тесте. 3 куска, съеденных размеренно и с наслаждением, – это в порядке вещей. От пиццы у меня еще ни разу не было падения сахара в крови.
  6. Вместе с хлебом ко мне вернулись и бутерброды. Они вполне возможны при двух условиях: белка и жира на них должно быть в 2 раза больше чем хлеба и есть их нужно очень медленно.
  7. Кофе. Иногда я могу выпить за день 3 чашки заварного кофе с молоком, который я очень люблю. Латте, каппучино, американо очень меня радуют.
  8. Блины с жирной или белковой начинкой. День рождения моего сына пришелся на конец масленицы, и я напекла огромном количестве. Все ели и я тоже.
  9. Кисломолочные продукты. Ряженка, кефир, йогурты, творог – все могу. Иногда смешиваю их с запечёнными мюслями, но есть такой десерт надо в два раза медленнее.
  10. Мороженое. Могу) Фрукты с мороженым – идеальный вариант десерта для меня
  11. Торты. Почти не ем. Но если один кусок торта есть в течение 20-30 минут и после какого-то белкового блюда, то можно и справиться. Я ела Наполеон, Медовик, Тирамису, Чизкейк. Справедливости ради могу сказать, что я перестала их особенно любить. И часто после таких десертов остается ощущение тяжести и подташнивания. Так что уж лучше мороженку или сыр с фруктами.
  12. Гарниры и каши. Удивительно, но иногда макароны идут лучше, чем гречка или овсянка. Достаточно долго овсянка при каждом приеме вызывала у меня демпинг-синдром и гипогликемию. Так что на время я от нее отстала, и мы пока не мучаем друг друга. Рис хорошо идет с овощами и маслом, но суши вызывают гипоглекимию. В общем, идеальным гарниром остаются овощи.
  13. Супы. Борщ, солянка, щи, уха – все снова мне доступно. Крем-супы (из тыквы, брокколи, шпината) также подходят, но если в них нет большого количества муки.
  14. Шоколад. Практически любой, но оооооочень мало и ооооочень медленно.
  15. Сытные салаты: «Оливье», «Рыба под маринадом», «Селедка под шубой» и белковая вакханалия салат «Мимоза» — опять в моем рационе. Новый год спасен!
  16. Алкоголь. Красное сухое вино я стала позволять себе в разбавленном виде уже через 8 месяцев после операции. И это помогало с аппетитом. Сейчас могу пить и белое, и розовое, и даже игристое, но надо держать себя в руках: без желудка градус добирается до места назначения гораздо быстрее. Пока окружающие только разогреваются к бокалу четвертому, я после двух бокалов вина уже прилично хороша, а после трех уже неприлично хороша.Так что чередовать глоток вина и глоток воды — это вариант. Да, и еще, даже от небольшого количества вина, на следующий день бывает случается неслабое похмелье. Это состояние «ватной головы» напоминает мне отчасти состояние во время химиотерапии, что очень неприятно.

 

В принципе, можно было просто написать, что я могу есть все, кроме сдобных плюшек, только очень медленно. Но, надеюсь, кому-то интересны детали, как были интересны мне. Еще стоит добавить, что у каждого рацион свой, но все-таки к третьему году он становится очень обширным и сильно отличается от больничного первого стола.  

Реклама

Лето, дача и новая-старая жизнь

17 июля 2016 — 1 год 2 месяца и 17 дней после гастроэктомии

Каждый раз, когда делаю запись здесь, ловлю себя на мысли, что пишу тем, кто сейчас находится в самом начале изменившейся жизни после гастроэктомии. Пишу тем, чей новый организм  лихорадит от недостающего звена, пытаясь сообразить, как делать по-другому то, что он отлаженно делал десятилетиями. Пишу тем, кто сейчас думает, что болото тошноты, головной боли, постоянной тяжести в животе, желчных извержений, сердцебиения, полудремы, слабости никогда уже не отпустит.  Пишу, потому что мне самой были жизненно необходимы слова людей, которые уже встали на рельсы после своего крушения. Вот еще одна ретроспективная история возвращения пазла моей нормальной жизни.

Лето перевалило за половину. С начала июня мы живем на даче. Прошлым летом я покинула ее спешно, в конце августа. Меня увез муж, так как я стала резко чувствовать себя очень плохо. Это была слабость, состояние «контуженности», ухудшенное зрение, невозможность найти себе место, панический страх. К этому моменту уже закончилась 6 химия, но еще продолжалась кселода.  Мой вес приблизился к 37,8 кг (рост 161). Мы подумали, что все проблемы от истощения и решили уехать в город, чтобы  лечь под кабивен (капельница с питательной смесью). Начиналось самое сложное время в моем выздоравлении, но об этом напишу отдельно.
И вот, я вернулась в место, которое было брошено мной в состоянии страха и слабости. Все  вещи и уголки этого места еще были пропитаны неприятными ощущениями и ассоциациями, оставшимися в памяти. Вот куст, куда я постоянно бегала из-за желчной рвоты, там же я спасалась от застревающей в анастамозе еды. Вот розы, благодаря которым мне было легче перенести химозную тошнотоу, я обрезала старые цветки и пропалывала. Это была похоже на какой-то ритуал очищения. Мне нравилось полоть и обрабатывать клубнику: свежесть травяных запахов помогала справиться с тошнотой. Но сильно перегибаться было нельзя , иначе поднималась желчь. У чугунной печки я грела руки после рыбалки, когда от прохладной воды они немели и переставали слушаться. Гамак. Ох, я ложилась туда почти после каждой еды, и потом впадала в полудрему. Мне казалось тогда, что в этой полудреме я проведу всю оставшуюся жизнь. Вот огромная подушка, помогавшая мне спать сидя. Это было необходимо, чтобы ничего не вытекало из меня во время сна. И так продолжать можно до бесконечности. Все вещи, которые меня окружали, несли на себя отпечаток моего болезненного восприятия. Все приносило радость ровно в той степени,  в какой намоченный холодной водой платок приносит радость человеку с температурой под 40. Радость облегчения боли.

Но, знаете, эта едкая пыль болезненных ассоциаций улетучилась довольно быстро. За пару дней от нее не осталось и следа. Новые дела, новые мысли, новые идеи и новое самоощущение вполне сильного и бодрого организма взяли верх. Вещи окутались совсем другими эмоциями, здоровыми, позитивными. Гамак — это весло, уютно. В нем можно поваляться несколько минут, получить порцию хорошего настроения и пойти дальше. Гамак – это сиеста, а не болезненный сон.  Подушка большая и удобная для чтения. Кусты как кусты – пуска себе растут. Мы льем в них остатки кофейной гущи или заварки от чая, от чего они становятся жирными и, кажется, довольными жизнью. Печка греет и создает уют. Болезненное восприятие ушло, надеюсь, не вернется. Еще, в доме появились новые вещи,  мама посадила новые цветы, папа сделал беседку и грандиозный стол.  Все вернулось.

Мы с сыном ездим на великах после грозы, каждый день ходим смотреть закат на залив и занимаемся английским с соседями-друзьями.
Чтобы превращать пост длиннющий фолиант, обновление по питанию напишу отдельно.

Просто нужно поверить, что все будет хорошо. Это временные сложности. Эта беда не на всегда.

Попкорн, третий звонок и марш-бросок

30 мая 2016 — 1 год и 1 месяц и 7 дней после гастроэктомии 

Делаю эту запись специально для тех, кому сейчас с трудом верится, что без желудка можно позволять себе маленькие (да и не обязательно маленькие) радости жизни.

28 мая у моего сына был выпускной из начальной школы. По этому поводу  всем классом ездили гулять в Пушкин, а потом был вполне себе взрослый банкет в ресторане «Бакенбарды». Для детей были заранее заказаны салаты, горячее, десерт и фрукты. Родители ориентировались на месте. Я с удовольствием выпила каппучино. А через 40 минут съела суп-пюре из лесных грибов. И знаете что? А вообще ничего! Вкусно, приятно, сытно. Никаких посторонних ощущений. Более того, когда праздник закончился, а на детском столе остались так и не начатые блюда с холодной закуской, я стибрила «в дорогу» один рулетик в пшеничном ролле с сыром и ветчиной. Такая у меня привычка теперь — едой запасаться. Слопала его, почти за три укуса. Тоже пошел неплохо. Это раз!

Поймала себя на мысли, что совершенно спокойно чувствую себя среди обильно едящих людей. Раньше мне было не комфортно,даже как-то горестно. Это два!

фото(126)

Конвертик от попкорна.

После выпускного мы поехали в кино. И там я смело выступила! Я съела две горсти сладкого попкорна. Очень медленно, растирая  каждую штучку в нёбо. Потом я, конечно, волновалась за то, что может рухнуть сахар, поэтому сидела с запасной горсткой самых сладких попкорн, чтобы съесть их для подъема сахара. Но нет, сахар так и остался на прежнем своем уровне. Осмелилась я на попкорн, потому что читала в американских блогах, что люди пробуют его аж через полгода после операции ради калорий. Тогда меня это страшило, я могла себе его представить только «в протертом и отварном виде»)))) Через год попробовала. Это три.

IMG_4091

Мариинка

10 мая мы с папой ходили на оперу «Аида» в Мариинский театр. Опера длинная, с тремя антрактами. В одном из них мы купили кофе и бутерброд с красной рыбой. В очереди стояли долго — сели за столик уже к третьему звонку. Мне пришлось весьма поспешно бутер слопать. Пол акта сидела в ожидании скачка сахара. Ан нет. Все прошло хорошо. Сама не заметила, как перестала думать про это и переключилась на страдания Аиды. Это четыре.

 

 

А 9 мая мы с сыном и мужем прошли от площади Александра Невского до Дворцовой площади в «Бессмертном полку». Это огромное сосредоточение энергии: множество людей, крики «ура», портреты, настроение, музыка. И я была в этой тол

a4oaRhwsloA

В «Бессмертном полку»

пе и я не чувствовала своей уязвимости. Помню, как после 6 химии я ощущала себя так, будто у меня разрушилась броня, любой более-менее энергичный человек, даже доброжелательный, отнимал у меня много сил. 1 сентября я привела сына на линейку и ушла, потому что началась истерика в толпе родителей и детей. Организм крепнет, а вместе с ним крепнет и сознание. Иногда мне на телефон приходят дурацкие оповещалки от игр, в которые на нем играет сын . Игра Shadows fight присылает «Ваша энергия восстановилась» и «Враги заждались тебя».  Первая меня больше не бесит, даже забавляет. От второй думаю как избавиться. В общем, это пять!

Конечно, организм без желудка напоминает о своих капризах часто (читайте предыдущий пост). Но иногда она делает и подарки. Есть все основания утверждать, что жизнь после гастроэктомии остается все той же: портим или делаем ее лучше только мы сами, с желудком или без.

 

 

 

 

Не лихачь!

23 мая 2016 — 1 год и 1 месяц и 1 день после гастроэктомии 

Когда привыкаешь к новому режиму жизни и чувствуешь себя относительно легко и свободно, то начинаешь «лихачить» с едой. В моем случае это съесть 100 грамм омлета за 10 минут или ролл с курицей за 30 минут. Вот тогда организм и ставит меня на место.

По порядку. На неделе я завтракала в городе: купила себе в «Обет буфет» омлет с ветчиной и чашку каппучино. Хотелось успеть многое, да и я уже как-то без особого пиетета-делать-если-у-кота-рвота-2ztijpbess9qwzmwiswa9s стала относиться к потреблению некоторых продуктов, поэтому, тщательно жуя, но все-таки достаточно быстро, съела этот омлет, запивая кофе. И что? Под занавес еда просто перестала проходить. Не потому, что у меня сужение анастамоза (его нет), а, видимо, потому что есть какой-то предел пропускной способности у тонкого кишечника, а ход на верх абсолютно свободен. В общем, последний глоток капучино принес очень болезненные ощущения и вынудил меня стремительно пойти в туалет и вернуть часть завтрака обратно заведению. Слава Богу, еще во время первых месяцев после операции я научилась, простите, срыгивать застревающую еду. В этот момент я похож на кота, возвращающего шерсть на ковер.

фото(116)

Этот невинный натюрморт меня заставил поволноваться. Пончик и морс не в счет, они для сына. Хочу оговорить, что сама по себе еда не виновата.

Вторая оказия случилась вчера. Был прекрасный вечер в кругу семьи, готовила роллы с тонким пшеничным тестом, зеленью и куриными кусочками. Ела не спеша, но и не очень медленно. Вроде бы все было хорошо в процессе, через какое-то время съела банан и успокоилась. Но через минут 10 после банана появилось ощущение такой дикой тяжести в животе, что я с трудом могла дышать. Легла на стол, а потом переползла на кровать. Иd91099a020741982.320.vk в довершении всего меня накрыло падение сахара до 1,5!!!!! Резко. Застучало сердце, сильный прилив жара, слабость в локтях и ощущение какой-то дыры, чтоли, пустоты (некоторые сайты пишут «волчий голод») в животе. Съев пакетик сахара и голову от мишки Барни, почти без сил заснула.

Мораль — даже если ты привык к своей нормальности, тебе нельзя выходить за ее пределы. Будь свободен, будь уверен но в рамках возможностей своего организма. Иначе — нокаут.

Вот, нажаловалась и легче стало.

 

 

 

Обновления по питанию

18 мая 2016 — один год и 26 дней после гастроэктомии 

Очень рада, что последние два-три месяца могу есть помидоры «Черри» прямо со шкурками, а также зеленый салат, китайскую капусту, груши, яблоки, тертую морковь, мандарины, гранаты ( выплевывая косточки). Только все это нужно жевать в абсолютную кашу.

фото (8)

Всегда ем только половинку блюда, а вторую доедаю через 2-2,5 часа.

На «праздник живота» могу позволить себе либо 1 кусок пиццы, либо половину блина «Алеша Попович» (курица на гриле с двойным яблочным соусом), либо половинку ролла «Цезарь»в фастфуде, либо ржаные калитки в «Теремке», либо 5-7 японских роллов «Филадельфия», «Калифорния» и т.п.  Все это нужно есть очень медленно и тщательно жуя. Иначе ждет меня демпинг синдром в виде головокружения, сердцебиения и кирпича в животе или , что еще хуже, реактивное падение сахара (неприятно ужасно, писала про это ранее).

Практически без церемоний могу есть бананы (съедаю 4-5 штук в день, мутирую в миньона), гречневую кашу, тертую вареную свеклу, размоченный чернослив.

Стала пить чай с молоком. Напитки типа «сок+сыворотка».

Все сыры идут прекрасно. Даже фиктивная моцарелла. Недавно оборачивала сладкую грушу тонким ломтиком твердого сыра. Вот была радость жизни-то. Но зубами, опять таки, работать нужно активно.

Орешки ем только по 10 штук за раз. Иначе тяжеловато.

Совсем перестала есть йогурты и кефиры, но компенсирую это запеканками. Вообще ушли из рациона печенья. Очень давно не ела какой бы то ни было хлеб, овсяную кашу, макароны и рис. Хоть картошка пока меня не покинула. Шоколадные конфеты тоже ушли за горизонт. Но иногда ем их, чтобы поднять сахар.

Карамельки и сосульки пропускаются организмом без затруднений, естественно не целые.

Пью красное сухое вино. Но родственники уже ругаются за объемы. Понятное дело, с двух бокалов превращаюсь в то, во что другие превращаются с двух бутылок. Одно радует: мой дорогой хирург мне его разрешает.

Радуюсь каждой выпитой чашечке каппучино. Их бывает 1-2 каждый день.

При возможности есть сыр и лакомиться кофе стыдно жаловаться на жизнь. Так что я почти и не жалуюсь. Самое главное — это привыкнуть есть медленно, без стресса и понемногу. Повторяю это как мантру в каждом посте, потому что уже «набила шишек». Медленно, спокойно, помаленьку…медленно, спокойно, помаленьку. И будет нам всем счастье, и да прибудет с нами сила)

P.S. Очень прошу тех, кто переживает только первые месяцы после операции, обратить внимание, что все это я могу есть через год после гастроэктомии. А также, что у каждого рацион индивидуален, но найти свои гастрономические отдушины со временем может любой. Если хотите, загляните в раздел «меню и диета», там есть пометки когда и что я начала есть.

 

 

 

Путешествие в Москву

17 мая — один год и 25 дней после гастроэктомии 

С 30 апреля по 3 мая мы ездили Москву. Ездили большой компанией: я, муж, наши родители и ребенок. Эту поездку мы планировали еще в марте 2015 года, но, поскольку у меня была найдена опухоль, тогда все планы круто изменились.

И вот! Прошел всего лишь год и мы осуществили задуманное. Мы были в Оружейной палате, в Третьяковской галерее, на Останкинской телебашне, на Мосфильме, в старейшем «Детском мире» на Лубянке.  Еще протопали две классных пешеходных экскурсии от tripster.ru, по 3 часа ходу ножками каждая. Ну и конечно классические прогулки: Старый Арбат (туда-обратно четыре раза), Новый Арбат, Александровский сад, Тверская, Красная Площадь, набережная, десятки спусков и подъемов в переходах метро.  Шагомер в телефоне констатировал, что ежедневно в среднем мы проходили по 14 км.

47004

«Притихло» Н.Дубовской. Эта картина существует в двух экземплярах: оригинал находится в Русском музее в Санкт-Петербурге, авторская копия — в Третьяковской галерее.

К чему я все это перечисляю. Это фактические доказательства того, что мой организм — большой молодец! Как и все я периодически испытывала нормальную «довольную», продуктивную усталость, но не больше. Иногда была даже бодрее и веселее сопутствующих.

Теперь о еде. От Питера до Москвы и обратно мы ездили на «Сапсане». В поезд я брала куриные суфле и запеканку из творога с сухофруктами. Несколько раз за поездку нам предлагали купить чай или кофе, поэтому позавтракала я цивилизованно и 2 раза за 4 часа (как полагается моему организму). Заглянула в меню вагона-ресторана, нашла несколько блюд, которые мне бы подошли: омлет в славянском стиле, борщ, греча с грибами, буженина с картофелем. Вот здесь можно посмотреть все меню : http://nashsapsan.ru/external_content/ext3/eat.html.

В Москве несколько раз я покупала бананы и моцареллу, чтобы вечером перекусить в отеле. Кофе в Москве на каждом шагу. На экскурсиях очень спасали заботливо прихваченные мамой 500 гм. миндаля. Днем мы ели в кафе «Фестивальное» в ГУМе. Очень советую.

Во-первых, там хороший выбор блюд, которые подойдут людям без желудка: есть и гречневая каша, и тефтели, и курица, и рыба, и овощи на пару, и супы-пюре, и спаржа. Я вела себя плохо и при наличии в меню паровых филе несколько раз брала пиццу. Если есть очень медленно, то мой организм вполне неплохо ее принимает.

Во-вторых, цены очень и очень приемлемые, особенно если учесть, что это еда в самом центре города.

В-третьих, там спокойно, светло и красиво. Можно сидеть и наблюдать как внизу по магазинам ходят нарядные люди, слушать фонтан и легкую музыку. Для тех, кому нужно есть очень медленно, — это прекрасная атмосфера. Рядом есть также «Столовая №57», которая, судя по очередям, тоже достаточно популярна.

0006.jpg_big

Кафе «Фестивальное» в ГУМе  (фото с сайта кафе)

Один раз мы посетили бар «Жигули», просто потому, что видели это место в передаче «Орел и Решка». Под конец дня выбор блюд там совсем не велик, а одно горячее продается по цене комплексного обеда, но свою куриную котлету на пару  и бокал красного сухого я заполучила.

жмгули

Кадр из программы «Орел и Решка» выпуск 7.20 — Назад в СССР. Москва

Самое главное во всей этой московской истории, что я увидела, услышала, узнала множество вещей, которые меня заинтересовали и впечатлили так, что я и не вспоминала о себе. Когда смотришь на живые картины в Третьяковке, когда ищешь знакомые дома с высоты Останкинской башни, когда попадаешь в декорации к фильму «Анна Каренина», когда втягиваешься в мистический дух Булгаковских маршрутов и домашний уют двориков Ивановской горки, то царившие в голове и сердце обиды-сомнения-страхи сползают со своего трона, уступая место интересу к жизни.

А еще это были 4 дня, которые я провела рядом с самыми дорогими людьми. И хоть мы и спорили, кипешили и теряли строй, но мы все-таки разделили эти впечатления на всех, чего теперь не отнять ни у кого из нас.

Вот еще несколько фотографий из путешествия для терпеливых читателей, которые дошли до  самого конца московской саги)))

фото(91)

В парадной той самой «нехорошей квартиры». Дом №10 на Большой Садовой улице. Часть экскурсии «Мастер и Маргарита. Роман с городом» от tripster.ru

фото(92)

Декорации к «Анне Карениной» на Мосфильме. Иллюзия из пенопласта.

 

 

фото(113)

Вид с бесплатной обзорной площадки на крыше Центрального Детского Магазина на Лубянке.

 

 

 

 

Как брокколи стала вкуснее шоколада

22 апреля 2016 — без 8 часов год после гастроэктомии

Свою последнюю пышку я съела один год и три месяца назад ( 26 января 2015 года). Это было в легендарной пышечкой на Конюшенной, той самой, где желудевый кофе одинаково подслащен для всех, в вазочках специальные ретробумажки для придерживания пышек, дикие очереди, «стоячие» столы, наглый кот и продавщицы в фартуках с надписью «Пышки» на груди. Забавно, но этот момент был записан на видео. Шоколада я не ела с Нового Года. И вот уже больше двух месяцев не ем вообще никакой выпечки. Я все никак не пышкимогла понять, почему же в рекомендациях по питанию для людей без желудка настоятельно советуют сократить быстрые углеводы до предельного минимума. Теперь вот поняла. Имя причине — реактивная гипогликемия. И причина эта весьма уважительная.

Я — сладкоежка. То есть была сладкоежкой. До операции я ела на завтрак молочный шоколад, обязательно перекусывала чем-нибудь сдобным на обед и заканчивала день традиционной печенюшкой. И так постоянно. Первые месяцы после операции, когда все это вдруг стало запрещено, я мучилась серьезно. Мне снились торты, булочки с заварным кремом, бутерброды, конфеты. Помню сон: я нахожусь в красивом отеле, откуда-то знаю, что на последнем этаже меня ждет фуршет, даже знаю меню. Захожу в лифт. Вдруг лифт начинает трястись и шататься. Мне не добраться до еды. Конец истории. Или вот еще сон. Опять прекрасный отель, только это уже мой номер. Я стою у самого входа. По центру номера стоит стол, а на нем разная еда: и булочки, и пирожные, и канапе. Я делаю шаг к этому столу и вдруг пол в комнате начинает ходить ходуном, будто землетрясение. Между мной и столом пропасть. В общем, когда мне разом запретили все сладкое и мучное, для меня это было шоком.

Естественно, через три месяца я стала совершать попытки поесть сладенького. Зефир, пастила, некоторые простые печенюшки, горький шоколад шли без особых осложнений. Я ела классическую «Ленинградскую сахарную трубочку» (мороженое) вместе с шоколадом и рожком.  Я даже могла съесть немного пирога с вишней, круасан или сладкие сырники в ИКЕА. Несколько раз я даже ела торт. Кроме временного ощущения «опять обожралась» ничего страшного не испытывала. Так было  примерно месяца до девятого-десятого. И вот настало время, когда даже овсяная каша вызывает скачки сахара в крови. Грустно ли это? Оказалось — нет. И вот почему.

Что такое вкусная еда, если разобраться. Сперва это вид и аромат. Ты ее видишь, ее вдыхаешь и…ее предвкушаешь. Что происходит перед тем, как ты по факту положил ее в рот, разжевал и проглотил? Твое тело и мозг вспоминают как было хорошо предыдущие разы у тебя во рту и животе, после того, как он поглощал еду подобного вида и аромата. Потом ты подтверждаешь эти воспоминания, заново восприняв ее вкус, текстуру, температуру. Проглатываешь и ощущаешь приятное послевкусие, насыщение, подъем настроения, уют и тепло на душе. Организм укрепился в своем опыте — «эта еда вкусная». Но что случится, если после того, как ты проглотил желанную еду, организм испытал сильный стресс?  И что если этот стресс повторяется раз за разом? Понятно что. Ассоциации рухнули. Связи разорваны. Аромат булочки = потеря сил на пол дня. Финита ля комедия. Стимул-реакция.
После того, как несколько раз подряд мой организм сильно расстраивался, поев шоколада, печенья, круассанов, он перестал (ну почти перестал) почитать их за счастье. Он теперь знает другое: свекла — хорошо, брокколи — хорошо, греча — хорошо. фото(87)

Однако вопрос «с чем попить чайку?» все равно актуален. Вот что я имею в ответ:

  1. чернослив, предварительно размоченный в воде;
  2. миндаль;
  3. сырники с курагой, но печеные и вообще без сахара;
  4. десерт из бананов со сметаной.

О последнем поподробнее: нарезаем банан, поливаем его сметаной, для аромата посыпаем какао на фруктозе (или тертым шоколадом для диабетиков). Если уж совсем хотим «пойти в разнос», то можно добавить клубнику.  Здесь тоже работает главное правило: надо есть очень-очень медленно.

Вообще бананы — это мое спасение. Я ем их по 4 штуки в день.  Там, где есть бананы, для меня есть жизнь.  И еще.  Слава Богу, я могу пить капучино.